Первый крестовый поход (1095–1102) — военная кампания западноевропейских войск, целью которой было отвоевать у мусульман Иерусалим и Святую землю. Задумал его папа Урбан II после того, как за помощью к нему обратился византийский император Алексей I Комнин. Поход завершился успехом: 15 июля 1099 года христианское войско взяло Иерусалим.
В 1095 году в путь отправились около 60 000 воинов и ещё по меньшей мере половина того же числа людей, не носивших оружия. Пройдя с боями Малую Азию и Ближний Восток, крестоносцы отвоевали такие крупные города, как Никея и Антиохия, а затем и главную цель — сам Иерусалим. За Первым походом последовало ещё много других. Их цели и поле боя становились всё шире, и в позднейших походах под удар попал даже Константинополь.
Причины Первого крестового похода
Фитиль, который в конце концов привёл к взрыву, Первому крестовому походу, подожгло прежде всего возвышение сельджуков, мусульманского тюркского племени из степей. Сельджуки одержали ряд крупных побед над византийскими армиями в Малой Азии, прежде всего в битве при Манцикерте в исторической Армении в августе 1071 года. После этого в их руках оказались такие большие города, как Эдесса и Антиохия, а около 1078 года сельджуки основали Румский султанат со столицей в Никее, в Вифинии, на северо-западе Малой Азии. К 1087 году они овладели и Иерусалимом.
Византийский император Алексей I Комнин (пр. 1081–1118) понял, что продвижение сельджуков в Святую землю даёт ему шанс получить помощь западных армий в борьбе за Малую Азию. Поэтому в марте 1095 года Алексей попросил Запад прислать воинов. Просьба была адресована папе Урбану II (пр. 1088–1099), и тот откликнулся на неё с поразительной готовностью — как и тысячи европейских рыцарей.
Урбан II уже посылал войска на помощь Византии в 1091 году, когда в северные, придунайские области империи вторглись степные кочевники-печенеги. Он был готов повторно оказать помощь по нескольким причинам. Вернуть Святую землю под власть христиан было целью само по себе: как ещё лучше защитить такие святыни, как гробница Иисуса Христа, Гроб Господень в Иерусалиме? Защита требовалась и христианам, которые там жили или приходили туда паломниками. Кроме того, поход сулил весьма полезные выгоды.
Крестовый поход должен был поднять престиж папства, которое вставало во главе объединённого западного войска, и укрепить его положение в самой Италии. В предыдущем столетии папам всерьёз угрожали императоры Священной Римской империи — настолько, что понтификам даже приходилось уезжать из Рима. Кроме того, Урбан II надеялся встать во главе единой Западной (католической) и Восточной (православной) церкви, выше патриарха Константинопольского. Две церкви разошлись в 1054 году из-за разногласий в вероучении и богослужебной практике. А на случай, если кого-то смущало насилие, его можно было оправдать ссылками на определённые места из Библии и подчеркнуть, что это борьба за освобождение, а не нападение, и что цели её справедливы и праведны.
27 ноября 1095 года на Клермонском соборе во Франции Урбан II произнёс речь, в которой призвал к крестовому походу. Его послание, известное как индульгенция, обращённое прежде всего к рыцарям, звучало громко и ясно: те, кто встанет на защиту христианского мира, совершат тем самым паломничество, получат прощение всех своих грехов, а их души обретут несметную награду в будущей жизни. Затем в 1095–1096 годах Урбан II объехал Францию с проповедями, набирая крестоносцев, и приправлял свой призыв преувеличенными рассказами о том, как прямо сейчас оскверняют христианские святыни, а верующих безнаказанно преследуют и пытают. Во все концы христианского мира отправились посольства и письма. Центрами вербовки стали крупные церкви, например, в Лиможе, Анже и Туре, а также многие сельские церкви и особенно монастыри. Призыв «принять крест» — дать клятву стать крестоносцем и в знак этого обета носить на плече крест — имел ошеломительный успех. По всей Европе воины, которых влекли религиозный пыл, надежда на спасение души, паломничество, жажда приключений и богатства, весь 1096 год собирались в дорогу на Иерусалим, начало которой назначили на 15 августа того же года. В первых волнах должны были идти около 60 000 крестоносцев, из них примерно 6000 рыцарей.
Враг-мусульманин
Мусульмане-сельджуки, захватившие в последние десятилетия XI века большую часть Малой Азии и север Сирии, ещё до прихода крестоносцев столкнулись с собственными трудностями. Сунниты-сельджуки воевали со своими заклятыми соперниками, шиитами-Фатимидами, чья держава находилась в Египте, и отобрали у них Иерусалим. Однако в 1092 году умер могущественный сельджукский султан Мелик-шах, и это стало для сельджуков тяжёлым ударом: за власть стали бороться разные местные правители, и ни один из них не взял верх. К тому же, центр сельджукской державы находился в Багдаде, далеко от мест, где развернутся сражения Первого крестового похода, так что централизованной поддержки и руководства войной почти не было. Вдобавок шииты сумели отбить Иерусалим у сельджуков всего за несколько месяцев до появления крестоносцев. Скорее всего, ни те ни другие не понимали, что поход крестоносцев религиозный и что он чем-то отличается от обычных византийских набегов. Но знатных рыцарей с Запада не интересовали набеги, и они не собирались увозить то, что можно унести. Они пришли в Левант, чтобы завоевать его навсегда.
Пётр Пустынник и «Крестовый поход бедноты»
По иронии судьбы, хотя папа сознательно обращался именно к рыцарям (о них и просил Алексей), крестоносная лихорадка охватила множество других людей. Первым крупным отрядом стало народное ополчение — пёстрое собрание бедняков и мелких рыцарей. Возглавляли его проповедник Пётр Пустынник и рыцарь Вальтер Голяк (Санс-Авуар). Плохо вооружённые и вынужденные питаться чем придётся, пока они шли через Европу, друзей они себе по дороге не нажили. Пётр прежде совершил паломничество в Святую землю, где попал в плен к мусульманам и подвергся пыткам; теперь у него появился шанс отомстить.
Тем временем вниз по Рейну двигался второй отряд крестоносцев, столь же простой и недисциплинированный. Во главе его стоял граф Эмихо Лейнингенский, и его люди печально прославились тем, что обратили свою религиозную ненависть против евреев в Шпайере, Майнце, Трире и Кёльне. Оба отряда, которые иногда называют «Крестовым походом бедноты» (хотя рыцари среди них на самом деле были), в начале лета 1096 года пришли в Константинополь, чтобы двинуться оттуда на Иерусалим и изгнать сельджуков. Этих первых пришельцев описывает в «Алексиаде» историк Анна Комнина (1083–1153), дочь византийского императора:
А за франкскими воинами шло безоружное множество, многочисленнее песка и звёзд, с пальмовыми ветвями и крестами на плечах; покинули свои края и женщины, и дети. (Gregory, 296)
Алексей поскорее переправил их в Малую Азию, где они, не послушав советов византийцев, 21 октября 1096 года попали в засаду близ Никеи и были перебиты сельджукским войском во главе с Кылыч-Арсланом I. Совсем не этого ждали Алексей и папа Урбан II, когда начинали крестоносное движение.
Падение Антиохии
Вторая волна крестоносцев, на этот раз состоявшая из людей знатных, рыцарей и профессиональных воинов, прибыла в Константинополь осенью и зимой 1096 года. С точки зрения византийского императора, лучше она была ненамного: среди её предводителей оказался старый враг, норманн Боэмунд Тарентский. Он и его отец, Роберт Гвискар («Хитрый»), герцог Апулии, в 1081–1084 годах нападали на византийскую Грецию. В 1097 году Боэмунд со своими рыцарями прибыл в Константинополь, и поначалу всё шло хорошо: норманн присягнул императору вместе с другими вождями крестоносцев, такими как Готфрид Бульонский, герцог Нижней Лотарингии, и Раймунд IV (он же Раймунд Сен-Жильский), граф Тулузский. Знатных сеньоров было и гораздо больше, у каждого — свой отряд рыцарей, не говоря уже о трудностях с языками, так что было бы почти чудом, если бы это войско вообще чего-то добилось. И всё же его успех удивил всех.
Алексей сумел с толком использовать крестоносцев, хотя менее благочестивые воины западных армий грабили и насиловали, сея хаос по пути через Европу и земли империи. Норманнам не терпелось разбить сельджуков и основать собственные новые королевства. Алексей вполне мог согласиться с этим планом: такие королевства могли стать полезным буфером на границе империи. Так объединённые силы крестоносцев и армии Алексея под командованием византийского полководца Татикия в июне 1097 года отвоевали Никею, хотя на самом деле сельджуки предпочли оставить город, чтобы сразиться в другой раз. Затем союзники стремительно прошли по Анатолийскому плато и 1 июля 1097 года одержали большую победу при Дорилее.
В сентябре 1097 года крестоносно-византийское войско разделилось: одна армия двинулась дальше на восток, к Эдессе, другая — на юго-восток, в Киликию. Основные силы направились к Антиохии в Сирии, ключу к границе по Евфрату. Этот большой город был одним из пяти патриарших престолов христианской церкви; здесь когда-то жили апостолы Павел и Пётр, и здесь, вероятно, родился евангелист Лука. Вернуть его было бы прекрасным пропагандистским ходом.
Антиохия была хорошо укреплена и слишком велика, чтобы окружить её полностью, но всё же именно она стала следующей большой победой крестоносцев: город пал 3 июня 1098 года после изнурительной восьмимесячной осады, во время которой сами осаждающие оказались в осаде у мусульманского войска из Мосула. Крестоносцев косили также мор, голод и дезертирство. На беду Алексея, по пути на помощь осаждающим он встретил беженцев из тех мест, и они ошибочно сообщили ему, что огромное мусульманское войско вот-вот разобьёт крестоносцев. Император вернулся домой. Боэмунд был совсем не рад узнать, что византийцы бросили его армию, пусть он и взял город сам и разбил войско, шедшее на выручку городу. Норманн решил нарушить клятву вернуть императору все захваченные земли и оставил город себе. Так отношения двух вождей были испорчены безвозвратно.
Взятие Иерусалима
В декабре 1098 года войско крестоносцев двинулось дальше, к Иерусалиму, захватывая по пути сирийские портовые города. 7 июня 1099 года оно наконец подошло к своей конечной цели. От огромной армии, вышедшей из Европы, осталось лишь около 1300 рыцарей и примерно 12 500 пехотинцев — им и предстояло выполнить то, что считалось главной задачей похода.
Иерусалим защищали мощные стены, ров и обрывы, так что орешек был крепкий. К счастью для крестоносцев, в самый нужный момент пришли несколько генуэзских кораблей с древесиной, из которого построили две осадные башни, катапульты и таран. Несмотря на это оружие, защитники держались, хотя мусульманский гарнизон на удивление неохотно совершал вылазки против осаждающих, возможно, предпочитая отсиживаться в ожидании обещанной помощи из Египта. Затем, в середине июля, Готфрид Бульонский решил атаковать участок стены, который показался ему слабее. Под покровом темноты крестоносцы подвели осадную башню и засыпали часть рва, так, что стены оказались от них на расстоянии вытянутой руки. Во главе с Готфридом, который сам шёл впереди, они взобрались на укрепления и 15 июля 1099 года оказались в городе.
Последовала массовая резня мусульман и евреев, хотя цифры в 10 000 и даже 75 000 убитых почти наверняка преувеличены. Современник событий, мусульманский источник (Ибн аль-Араби), называет 3000 погибших из примерно 30 000 жителей города. Не прошло и месяца, как к городу подошло большое египетское войско, чтобы отбить его, но при Аскалоне египтяне были разбиты. Иерусалим, по крайней мере на время, снова оказался в руках христиан, а Готфрид Бульонский, герой осады, стал королём Иерусалима. Тем временем в Италии 29 июля 1099 года умер папа Урбан II, так и не узнав об успехе своего похода. Некоторые историки считают Аскалон концом Первого крестового похода.
Новые победы
Выполнив свою миссию, многие крестоносцы вернулись в Европу — кто-то с богатством, немногие со святыми реликвиями, но большинство изрядно потрёпанными после долгих лет тяжёлых боёв и при скудной награде. Однако в 1100 году в Константинополь прибыла новая волна крестоносцев, которую организовал Раймунд Тулузский. 17 мая 1101 года была взята Кесария, 26 мая пала и Акра. Но для будущих походов это было тревожным знаком: мусульмане всё лучше узнавали западную тактику и оружие. В сентябре 1101 года сельджуки разбили войско крестоносцев из ломбардских, французских и немецких рыцарей. В следующие два столетия войны западным армиям становилось только труднее.
Тем временем Алексей не отказался от Антиохии и послал войско, чтобы взять город или хотя бы отрезать его от окрестных земель крестоносцев. Боэмунд же уехал в Италию и убедил папу Пасхалия II (пр. 1060–1118) и французского короля Филиппа I (пр. 1060–1108), что настоящая угроза христианскому миру — византийцы. Их коварного императора и заблудшую церковь следовало уничтожить, и в 1107 году началось вторжение в Византию, а точнее в Албанию. Оно провалилось. Во многом потому, что Алексей бросил навстречу врагу свои лучшие силы, а папа перестал поддерживать поход. В итоге Боэмунду пришлось признать себя подданным византийского императора, и тот позволил ему править Антиохией от имени Алексея. Так сложился порядок, по которому захваченные земли делили между собой.
Итоги: достижения и неудачи
Первый крестовый поход удался в том смысле, что Иерусалим был отвоёван. Но чтобы Святой город остался в руках христиан, в Леванте понадобилось создать целый ряд западных поселений (вместе их называют государствами крестоносцев, Латинским Востоком или Утремером). Для их защиты были основаны и рыцарские ордены. Ясно было, что в ближайшие десятилетия понадобится постоянный приток новых крестоносцев, а для их содержания — новые налоги. Поначалу местное население вырезали, но вскоре западные захватчики поняли, что удержать завоёванное можно только при поддержке на редкость разнородных местных жителей. Поэтому постепенно сложилась терпимость к нехристианским религиям, хотя и с некоторыми ограничениями.
Несмотря на непрекращающийся набор крестоносцев в Европе и попытки создать постоянные «колонии» и королевства, удержать завоевания Первого похода не удалось. Понадобились новые походы, чтобы отвоевать такие города, как Эдесса и сам Иерусалим, снова павший в 1187 году. В XII–XIII веках состоялось восемь официальных крестовых походов и несколько неофициальных, и неудач было больше, чем успехов.
У Первого крестового похода были и непредвиденные, и дурные последствия: прежде всего разрыв в отношениях Запада и Византии, которую привели в ужас буйные отряды воинов, бесчинствовавшие на её землях. Стычки между крестоносцами и византийскими войсками случались часто, и недоверие и подозрительность к намерениям друг друга росли. Отношения, и без того трудные, становились только хуже, а неприязнь и взаимное недоверие Востока и Запада продолжали тлеть, пока не вылились в разграбление Константинополя в 1204 году.
Отряды крестоносцев, зачастую не рыцари, а городская беднота, воспользовались христианским воодушевлением, чтобы нападать на меньшинства, особенно на евреев в северной Франции и Рейнской области. Движение крестоносцев распространилось и на Испанию, где во втором и третьем десятилетиях XII века шли войны против мавров. Пруссия, Прибалтика, Северная Африка, Польша и многие другие места тоже видели армии крестоносцев вплоть до XVI века: несмотря на сомнительные военные успехи, идея крестового похода по-прежнему привлекала правителей, воинов и простых людей на Западе, а её мишенью стали не только мусульмане, но и язычники, раскольники и еретики.
